«НАШЕГО» МОРЯКА НЕ ТАК УЖ И ЛЕГКО ПРОКОРМИТЬ (ИСТОРИЯ КОКА)

65012, Украина, Одесса, пл. Куликово поле 1, офис 303

Поиск
  • EfS

«НАШЕГО» МОРЯКА НЕ ТАК УЖ И ЛЕГКО ПРОКОРМИТЬ (ИСТОРИЯ КОКА)





Кок — оказывается эта профессия не из легких, как считают другие моряки (ведь он не управляет судном и не отвечает за его сердце — главный двигатель) на нем также лежит большая ответственность за здоровье и жизнь людей.

«Поваром на судне хотят многие, но далеко не все представляют, с какими физическими и моральными усилиями сопряжена эта профессия», — подчеркнул представитель один из представителей этой профессии.

Почему именно кок и каково работается им на судне, особенно со своими соотечественниками, рассказал судовой повар Андрей:

«Как и многие, кто хочет перемен в своей жизни, я решил стать судовым поваром. На суше повар в среднем получает в час, мягко говоря копейки, но отрабатывает от 12 до 16-17 часов за сутки. На кухне никому нелегко. К каждому блюду нужно подходить с творчеством и большой ответственностью. К сожалению, финансов хватает только на то, чтобы оплатить квартиру, сходить пару раз в магазин и сводить девушку в кафе.

На суше я отработал поваром около семи лет, постепенно откладывая деньги на учебу и оформление необходимых для моряк документов, а денег нужно довольно много. Учился на судового повара заочно. В ресторане современная профессиональная аппаратура, всё сделано для того, чтобы повару было комфортно. В море совсем другие условия: строже нормы, правила, свой график, конструкция и эксплуатация камбуза и техника тоже специфическая — только самое необходимое. Поэтому приходится полагаться только на свой поварской опыт.

Многие удивятся, но на судах, где экипаж составляет 12-15 человек, — нет врача. И если случится пищевое отравление, то лечить больного придется повару. То есть повар — он еще и врач. Поэтому теорию можно положить на полку и переходить к практике. Всему основному учишься в ходе работы. Лично я руководствовался принципом: «Не попробуешь — не узнаешь, а потом, возможно, будешь жалеть».




Так как меня сильно укачивает в машине, а то и в лифте, мне было удивительно, что я быстро привык к качке. Но перемена климата и атмосферного давления на мне сказывалась! Бывало плохо, мучили головные боли, но потихоньку привык. Когда судно режет волну — это еще нормально, а если идет вбок — сильно качает. Кстати, капитан предупреждал: закрепите посуду, технику. Но всё равно при сложном маневре что-то всегда разбивалось.

Что касается моей работы, то мне ежедневно приходилось кормить 13-14 человек, не считая лоцманов, судовых техников, электриков, прикрепленных к портам, пограничную комиссию, а также и кадетов. А это: завтрак, обед, полдник, ужин, еще надо было что-то оставить покушать «ночникам», ночному механику и штурману. Ну, и холодильник постоянно у них битком.

Помимо этого весь колпит был на мне. Уборка камбуза, посуда, заказ продуктов. И рассчитать надо так, чтобы хватило как минимум на месяц. Радовало только то, что мог заказать, что хотел. Еда должна быть разнообразной и вкусной, причем надо учитывать пожелания всех членов команды. Это конечно, невозможно, хотя в отдельных случаях и это приходилось делать.

Изыски, какие-то крем-супы моряки не любят, перед глазами нашего моряка должен быть кусок мяса. Мясо в супе — это закон. Они и привередливы, и не привередливы — это парадокс. Иногда на завтрак просят что-то конкретное (давно не ели!). Например, манную кашу. А так это может быть яичница с сосисками, омлет, молочная запеканка, сырники и так далее. Но что бы там ни было, если нет бутербродов с колбасой, то сразу вопрос: «Так мы сегодня будем есть или нет?». При отсутствии утренних бутербродов день точно будет прожит зря!)) А если нет майонеза, — то все, ховайся — они спускают шлюпки и возвращаются домой!


На обед должен быть салат, первое, второе и компот. Казалось бы, в море люди должны есть всё, а вот нет! Как-то раз заказал пельмени. Жареные не любят, а один моряк сказал, что предпочитает только домашние, а не покупные, и привередливо выковыривал из них мясо. Начал лепить вручную. Моряки очень любят жареную картошку с мясом, а еще — макароны по-флотски, которые, как это ни парадоксально, в море считаются запрещенными, потому что являются скоропортящимся продуктом. Я их готовил, но говорил, что это болоньезе — проходило на ура. Капитану очень нравилось. 


Меня изводила «заезженная пластинка»: а что будешь готовить? И так каждый заглянет по пять раз в день! Понятно, им интересно, но каждый раз слышать это тяжело. А если честно, то просто бесит. Вообще, при всей тяжести работы меня иной раз радовало, что я тружусь на камбузе один. Люди на судне разные, в буквальном смысле слова — сборная солянка, и к каждому не подстроишься.




Присутствуют все категории людей, с кем надо общаться, уживаться, дружить, иногда воевать или ставить кого-то на место, чтобы не сели на шею. Считается, лучше идти в плавание с кем-то знакомым, тогда будет взаимная моральная поддержка. Я, случалось, ругался и с командным составом: что вы тут на меня наезжаете, я вас вообще-то кормлю! 


Бывало, продукты заканчивались, но сказать такое капитану — это всё. Если нет хлеба, выпекаешь сам или делаешь пироги. Поставщики были наши и цены у них — заоблачные. Такое чувство, будто закупаешься где-то на Рублёвке. Если продуктов не хватало, приходилось как-то изворачиваться: людей все равно кормить надо. Капитаны были разные. С одним было легко находить общий язык, он постоянно разговаривал, интересовался, что и как. Другой — ограничивал общение и изредка просил что-то исключать из меню, поэтому приходилось искать компромиссы.


Поскольку у меня было мало опыта, то поначалу приходилось тяжело: спал по 4-5 часов в сутки. Вода очень жесткая, и от мытья посуды руки трескались, а посуда была старая, от чего, конечно, все пригорало, приходилось отмачивать, отскребать. Моряки отстоят вахту и свободны, я же после ужина в 19:00-19:30 мою посуду, делаю заготовки на завтра, привожу в порядок камбуз. На судне была сауна, хотя, по сути, это обычная баня, душевые, но я уже не мог там посидеть, расслабиться, просто быстро ополаскивался и ложился спать.



Связи в море нет, но в Интернете всегда можно посмотреть, где находится судно, определить его координаты, направление, скорость. Так что с близкими я общался только на рейде, где-то в 10 километрах от берега. Интересная вещь: если прислонить телефон к иллюминатору, именно к стеклу, связь появляется. Разлука с любимыми, с домом — это всегда тяжело, поэтому, уходя в море, люди стараются отвлекаться, берут с собой фильмы, книги. Неплохо бы идти в рейс с хорошей психологической подготовкой.





С экологией у них очень строго: однажды в Турции оштрафовали сухогруз на 150 тысяч долларов за то, что он сливал в море переработанную воду. На судне мы складывали мусор в контейнеры: отдельно пищевые отходы, стекло, металл и так далее. За борт ничего не выбрасывалось».







Источник: http://www.seafarersjournal.com/sociaty/nashego-moryaka-ne-tak-uzhe-legko-i-prokormit-istoriya-koka/

Просмотров: 298